Петербург Чайковского есть, а музея — нет - Информационный портал

Петербург Чайковского есть, а музея — нет

29 Ноября 2022

Петербург Чайковского есть, а музея — нет

Почему в Петербурге нет музея Петра Ильича Чайковского? Этим вопросом задаются многие музыканты и поклонники творчества великого композитора. Аргументы, доказывающие необходимость его существования, на первый взгляд очень убедительны, а роль нашего удивительного города в жизни композитора переоценить невозможно.

Петербург возник в судьбе Петра Ильича Чайковского еще до рождения. Его родители ― Александра Андреевна и Илья Петрович ― приехали в Воткинск именно из столицы. В семье Чайковских обожали Петербург: здесь родилась мама композитора, родители Чайковского закончили учебные заведения. И в жизни маленького Пети еще до первой поездки в Петербург часто происходили встречи с ним, даже некоторые истоки музыкальных впечатлений будущего композитора были связаны с Петербургом: отсюда приехала его первая гувернантка Фанни Дюрбах, из столицы же была привезена оркестрина ― небольшой механический орган, на котором маленький Петя впервые услышал оперу «Дон-Жуан», положившую начало бесконечной любви будущего композитора к Моцарту.
Пётр Ильич Чайковский провел в Петербурге более 16 из 53 лет своей жизни: здесь он принял решение посвятить свою жизнь музыке, стал одним из первых студентов Петербургской консерватории и блестяще окончил ее, получив первый в России диплом композитора; здесь он впервые выступил как дирижер; встретил триумф своих сочинений ― опер «Евгений Онегин» и «Пиковая дама», балета «Щелкунчик».
Чуть более чем через неделю после премьеры последней ― 6 симфонии ― Пётр Ильич скончался в Петербурге, навсегда ставшим его местом упокоения.
Конечно, Петербург помнит и с благодарностью сохраняет память о более чем 80 адресах, где жил, творил, играл, бывал с визитами, дирижировал или просто прогуливался Пётр Ильич. Уже изданы тома исследований о жизни Чайковского в Петербурге, написаны статьи и реализовано множество проектов, рассказывающих о разных аспектах творчества Петра Ильича, о событиях в Петербурге и его непростых отношениях с городом, повлиявших на тот или иной сюжет.
Но почему же до сих пор весь этот огромный опыт изучения контекстов и тонкостей и богатая история взаимосвязи композитора и города так и не получили логического завершения? Например, появлением в Петербурге места, где можно прикоснуться хотя бы взглядом к памяти Петра Ильича, вдохнуть сладостно-терпкий запах бережного хранения уникальных свидетелей его жизни, касаний, его радостей и страданий, наконец, его ― такого далекого и непонятного для жителя стремительного XXI в. ― композиторского быта?..
В этом небольшом экскурсе не ставилась задача досконально исследовать, что из материального наследия Петра Ильича Чайковского хранится или экспонируется в петербургских учреждениях, исторически связанных с ним или с его творчеством. Эта зарисовка ― попытка обобщить и систематизировать отрывочные, иногда противоречивые сведения, что транслируются в культурном и туристическом пространстве Петербурга, о создании мемориального музея Чайковского в квартире, нанятой братом Модестом, на углу Малой Морской и Гороховой улиц, где композитора не стало. И поразмышлять на заданную тему…
А начать можно с того, что иногда в этих размышлениях, по аналогии с несуществующим музеем, вспоминается история с памятником Чайковскому. Известно, что в Петербурге было предпринято несколько попыток (в том числе на официальном уровне) установить Петру Ильичу памятник. Об этом уже тоже рассказано. А были ли попытки создать музей Чайковского в Петербурге?
Активное участие в некоторых событиях, связанных с памятником, принимал когда-то Борис Березовский, президент Филармонического общества Санкт-Петербурга. Он, всегда ратующий за установку памятника композитору в Петербурге, рассказывал, что в начале ХХI в., когда в город хлынул поток туристов из Китая и Японии, многие почитатели Чайковского отмечали, какое особенное благоговение, трепет, желание просто постоять рядом и подышать петербургским воздухом наблюдалось у туристов из этих стран в памятных местах, связанных с Петром Ильичом. В разговорах и обсуждениях этого явления стали возникать предположения, что открыть музей Чайковскому могли бы помочь какие-то мемориальные общества из этих стран. Ведь самое первое и сложное в этом процессе ― выкупить саму квартиру, которая в то время уже была приватизированной. Но найти контакты или пути, чтобы разработать эту идею, не получилось.
По воспоминаниям Галины Белонович, более 30 лет прослужившей директором Государственного музея-заповедника П. И. Чайковского в Клину, одна из попыток создать музей в Петербурге предпринималась чуть раньше, в преддверии 150-летнего юбилея композитора в 1990 г. Тогда еще озвучивалась идея создать «Общество Чайковского». Петербургские музейщики обращались за помощью к коллегам из Клина. Но квартира была еще коммунальной, и ее не получилось расселить. А если говорить о предметах… Скорее всего, в Петербурге вряд ли остались личные вещи Петра Ильича. В последние годы, когда композитор уже обосновался в Клину, он, вероятно, брал с собой в поездки только необходимое. Основная часть коллекции Клинского музея начала собираться Модестом Ильичом сразу после смерти брата. Тогда же из петербургской квартиры были перевезены и немногие вещи, взятые им в последнюю дорогу.
Марина Годлевская, работавшая в Санкт-Петербургском музее театрального и музыкального искусства, говорит, что попытка создать музей-квартиру Чайковского действительно предпринималась ― где-то ближе к рубежу веков. Она была инициирована тогдашним директором музея Ириной Евстигнеевой, но и тогда все понимали, что в Петербурге очень мало подлинных экспонатов. В связи с этим настойчиво звучала версия, что к столетию композитора или в послевоенное время какие-то вещи Петра Ильича были вывезены в Клинский музей.
Но действительно ничего не осталось в Петербурге? В историческом здании Петербургской консерватории работал музей, но в связи с переездом все ценности сейчас находятся на хранении в реставрационных мастерских.
— Мы действительно бережно храним экспонаты, связанные с одним из первых блистательных выпускников, в наших фондах есть подлинная челеста с премьеры балета «Щелкунчик»; статуэтка, изображавшая композитора во весь рост, которая была создана в 1892 г. скульптором Ильей Гинцбургом из тонированного гипса; памятник работы Владимира Беклемишева, установленный в консерватории в 1898 г.; фотопортрет, переданный консерватории в день похорон, и, конечно, рукописи Петра Ильича, — рассказывает Андрей Алексеев-Борецкий, главный специалист Кабинета истории Санкт-Петербургской государственной консерватории имени Н. А. Римского-Корсакова.
Но консерватория сегодня ― это ведомственное учебное заведение с пропускным режимом, поэтому знакомство с этим музеем в привычном для рядового туриста понимании невозможно.
Рукописи… Инструмент с театральной премьеры Чайковского… Много событий последних лет жизни Чайковского были связаны с театром. А историю театра в Петербурге хранит Санкт-Петербургский музей театрального и музыкального искусства. Встреча с директором музея Натальей Метелицей стала итоговой в моем поиске и дала ответы на многие вопросы.
― В музее хранится немного вещей, которые помнят Чайковского: его дирижерская палочка, рояль из Училища правоведения, на котором он играл в годы учебы, и рояль из квартиры певца Николая Фигнера (первого исполнителя партии Германа в опере Чайковского «Пиковая дама» и партии в опере «Иоланта». — Прим. ред.), где бывал композитор. Это то немногое, что можно связать с ним самим, а не с историей его произведений, — рассказывает Наталья Ивановна.
Что касается разговоров о том, что часть экспонатов уехала в Музей П. И. Чайковского в Клину, действительно, это не легенда. Документы передачи хранятся в отделе учета музея. В 1950 г. из Комитета по делам искусств при Совете министров СССР поступил приказ о передаче Ленинградской государственной театральной библиотекой в Дом-музей П. И. Чайковского документов и материалов, связанных с жизнью и творчеством композитора, в целях сосредоточения фондов П. И. Чайковского в Клину. В числе переданных раритетов — всего 41 предмет — были пюпитр Петра Ильича, автограф либретто оперы «Мазепа», несколько писем, собрание газетных вырезок, афиш, журналов в архиве и документы о похоронах композитора.
По словам Натальи Метелицы, наличие этого фонда не сыграло бы решительной роли в контексте трудностей, связанных с созданием музея-квартиры Петра Ильича в Петербурге.
— Музей не мог иметь личные вещи Чайковского, потому что в те годы не комплектовал композиторские фонды. Музеем театрального и музыкального искусства мы стали только в 1990 г. с передачей нам Шереметевского дворца ― Фонтанного дома для размещения коллекции музыкальных инструментов и создания Музея музыки, — говорит она. — Тем не менее Ирина Евстигнеева действительно пыталась создать мемориальный музей в квартире, где умер Пётр Ильич. Изначально это было инициировано какой-то общественной организацией. Все придумывалось на волне энтузиазма. Но что могло быть в этом музее? Она говорила: «Пусть там будет его палочка, посмертная маска и звучит его музыка!» Создание мемориального музея-квартиры, как и коллекция такого музея, подразумевает выстраивание пространства, в котором хранятся и экспонируются предметы, принадлежавшие композитору, ― это история жизни человека. Пётр Ильич в этой квартире прожил меньше месяца, как и в некоторых других местах Петербурга. Дополнительная сложность не только найти, но и выкупить помещение под музей. И, конечно же, мемориальная экспозиция должна быть основана на личных вещах и предметах композитора, тех, что его окружали, и которые он брал в руки, тех, что его сопровождали и составляли ту обстановку, в которой он творил. Очень трудно создать историю без предметной «начинки». И есть еще одно важное обстоятельство: музей нужно не просто создать, он должен жить, работать, привлекать своего посетителя. Почему так много разговоров в Петербурге ведется о Музее Чайковского? Ведь у нас нет Музея Мусоргского, Рахманинова, Стравинского. Мы бережно и уважительно храним фрагменты его жизни и творчества здесь в Петербурге в нашей театральной истории, посредством того, что было связано с театральными премьерами и постановками его произведений.
Сердечно благодаря Наталью Ивановну за содержательный и яркий рассказ, я вдруг поняла, что многие вопросы «несоздания» музея Чайковского в Петербурге обрели для меня свои ответы: даже учитывая первый долгий период (до отъезда в Москву в 1866 г.) жизни в Петербурге, Пётр Ильич так и не обрел здесь постоянного дома.
Со временем Пётр Ильич стал много путешествовать; он наезжал в Петербург, останавливаясь у родных, друзей, в гостиницах или на съемных квартирах; позднее стал «человеком мира», ему благоволила императорская семья, но в конце жизни он обосновался в Клину. Его отношение к Петербургу было подчас противоречивым, если судить о нем по письмам композитора: он говорит ― все, что дорого сердцу, в Петербурге, а позже мучается от питерской непогоды или осуждает чиновничью бюрократию. Но вне сомнений он очень любил Петербург. И необыкновенно важно то, что музыка и Петербург были для него неразделимы.
В Петербурге многое хранит память о композиторе: дворцы и соборы, музеи и учебные заведения, концертные и театральные площадки, памятные доски… И главное ― здесь постоянно звучит его музыка.


Лана КЛЕВЦОВА,
директор Санкт-Петербургского
музыкально-педагогического училища
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ВЕСТНИК ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ. 9 (187) ноябрь 2022
Источник:  https://nstar-spb.ru
Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~brx3l


Газета «Санкт-Петербургский вестник высшей школы»

Санкт-Петербургский вестник высшей школы

музыкальный вестник