Натан Альтман. Художник и война

Н. Альтман. Автопортрет. 1942 г

Н. Альтман. Автопортрет. 1942 г

21 Февраля 2015

Натан Альтман. Художник и война

В декабре прошлого года исполнилось 125 лет со дня рождения художника Натана Исаевича Альтмана (1889–1970). К сожалению, это событие не было должным образом отмечено в нашем городе. Н. Альтман принадлежит к числу тех мастеров, которых сформировала русская художественная жизнь начала двадцатого столетия. Диапазон его творчества весьма широк: живописец, книжный иллюстратор, незаурядный скульптор, он увлекался монументально-декоративным искусством. И конечно же, Натан Альтман — серьезный театральный художник, тонко понимавший свои задачи.

Его трудно назвать профессиональным сценографом, избравшим театр в качестве единственного поприща. В многообразии его творчества предпочтение он отдавал станковой живописи. А в театр «уходил» по разным обстоятельствам. Первый раз это произошло в середине двадцатых годов, когда художественная ситуация в стране значительно усложнилась и Альтман сделал передышку, чтобы осознать перемены. Бурная театральная московская жизнь его захлестнула. Он стал главным художником знаменитого Государственного еврейского театра (ГОСЕТ). Когда театр в 1928 году выехал на гастроли в Европу, Альтман остался в Париже. Он углубился в живопись, ему было необходимо дать оценку новым художественным тенденциям, которые он уловил во Франции.

Возвращение мастера
Натан Альтман вернулся из Парижа в 1935 году. За это время в художественной жизни страны произошли крутые перемены. Художник же, сосредоточившись на постижении живописного мастерства, остался в стороне от реалий советской жизни. Это был трудный момент в его жизни, когда он осознал, что его новый опыт не укладывается в рамки официального направления в искусстве. Приспосабливать свою живопись к неподходящим для него нормам не захотел.
В 1936 году он обратился к театрально-декорационному искусству и книжной графике.
В эту пору сложился и их союз с Ириной Щеголевой. Впервые он увидел ее совсем юной девушкой, выходящей из воды на пляже в Крыму. И навсегда был очарован. Судьба развела их на годы. Они встретились вновь, и художник уже окончательно обосновался в Ленинграде.
Праздник музыки и красок
В 1941 году на сцене Большого драматического театра имени М. Горького был поставлен «Король Лир» Шекспира в режиссуре Георгия Козинцева. Спектакль имел успех у публики и критиков. «Декорации и костюмы Альтмана выше похвал — это краски Шекспира и трагедии», — писал одни из рецензентов.
Спектакль на сцене БДТ был сыгран всего несколько раз — началась война.
Труппа ленинградского Театра оперы и балета им. С. М. Кирова во время войны была эвакуирована в Пермь. Туда же выехал
и Н. Альтман с семьей. Уже с сентября 1941 го-
да Натан Альтман назначен главным художником Кировского театра. Так он впервые столкнулся с оформлением музыкальных спектаклей.
Военная пора вынуждала искать упрощенные оформительские и декорационные решения. Ему пришлось практически заново решать сценографию опер Т. Хренникова
«В бурю», Г. Фарди «Щорс», Ш. Гуно «Фауст», А. Бородина «Князь Игорь», Э. Направника «Дубровский», Л. Ходжа-Эйнатова «Три встречи», балета А. Крейна «Лауренсия». Где-то подбирая готовые декорации, где-то выполняя эскизы новых или наскоро рисуя живописные завесы.
В 1942 году балетная труппа Кировского театра поставила премьеру — балет Арама Хачатуряна «Гаянэ», на сцене Пермского театра оперы. Буквально «из ничего» приходилось создавать костюмы и декорации.
В основном использовалось солдатское сукно. На занавесе Альтман изобразил древних рыцарей, на заднике — гряды гор и хлопковые поля.
«Балет этот — праздник музыки и кра-
сок, — писали рецензенты. — Смотришь, и не знаешь, чему здесь отдать предпочтение. С первой минуты, когда открывается занавес, не перестаешь восторгаться творческой выдумкой художника спектакля». Хотя критики восторгались работой художника, среди артистов театра ходило такое шутливое присловье:
Говорят, что на Севане
Мало знают о Натане.
Но, наверно, и Натан
Мало знает про Севан!

«Когда мы все увидимся?..»
Война и эвакуация разрушили привычный круг общения. С друзьями старались поддерживать переписку. Из строк этих военных треугольничков можно представить обстановку той поры. Из письма И. В. Щеголевой-Альтман семье Николая Радлова в Москву, 1941 г.
«…Я всё завидовала вам, что вы не эвакуированные, но сейчас мне как-то жутко за Вас, за нервы ваши, нам всё-таки, наверное, лучше — мы с Натаном здесь обжились. <...> Натан переживает эвакуацию равнодушно, но похудел отчаянно... Я плохо себе представляю вашу жизнь и Москву, как вы, вероятно, нашу. Когда мы все увидимся и увидимся ли — как всё страшно!»
…С подлинным профессиональным достоинством, осознавая высокое предназначение искусства, и те условия, в которых он работал, Натан Альтман следовал простым истинам — всё на сцене должно быть понятно, красиво и увлекательно. И в искусстве сценографии он оставил яркий след.
Татьяна МИРОНОВА
Источник:  http://www.nstar-spb.ru
Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~Tvdmu


Газета &laquo;Санкт-Петербургский вестник высшей школы&raquo;

Санкт-Петербургский вестник высшей школы

музыкальный вестник