К 100-летию со дня основания Донского казачьего хора под управлением Сергея Жаров - Информационный портал

К 100-летию со дня основания Донского казачьего хора под управлением Сергея Жаров

25 Декабря 2020

К 100-летию со дня основания Донского казачьего хора под управлением Сергея Жаров

24 декабря в Государственной академической капелле состоялся концерт мужского хора капеллы Санкт-Петербурга под управлением народного артиста СССР и государственных премий России Владислава Чернушенко. Музыкальное мероприятие было посвящено 100-летию создания Хора донских казаков Сергея Жарова. 

Сегодня сложно представить, какой огромной популярностью в довоенной и послевоенной Европе пользовался Донской казачий хор под управлением Сергея Жарова. Какой оглушительный успех сопровождал гастроли прославленного коллектива по всему «свободному» миру! История, репертуар и, увы, даже название самого известного русского хора, созданного и долгие десятилетия выступавшего только за границами России, до недавнего времени были практически неизвестны соотечественникам. Однако в этом году издательство «Молодая гвардия» в серии ЖЗЛ выпустило уникальную книгу двух авторов — Андрея Дьяконова, настоятеля храма Благовещения Пресвятой Богородицы на Васильевском острове и Дмитрия Кузнецова, шеф-редактора газеты «Санкт-Петербургский вестник высшей школы», члена Союза писателей России, доктора философских наук, профессора Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого, которая называется «Сергей Жаров» и посвящена создателю первого Донского казачьего хора, профессионально выступающего с эстрады. Одна из презентаций этой книги также состоялась 24 декабря во время концерта в Государственной академической капелле.

История данного музыкального коллектива, о котором речь идет в художественно-публицистическом произведении, началась в декабре 1920 года в лагере для интернированных белогвардейцев в турецкой деревушке Чилингир, находящейся в 70 километрах от Стамбула. Рождение хора совпало с русским лихолетьем начала XX века — революцией и Гражданской войной. В марте 1920 г. Белая армия отступила в Крым. При поддержке французских войск Добровольческая армия под командованием генерала Деникина заняла Одессу. В силу возросшей резкой критики в апреле 1920 г. Деникин подал в отставку и передал свой пост генералу, барону П.Н.Врагелю, оплотом армии которого стал Крым. Однако уже 11 ноября 1920 г. барон Врангель отдал приказ покинуть Крым. Так 150 тысяч беженцев из России оказалось в Турции. Среди них были и казачьи соединения атамана Фёдора Абрамова, в которых в качестве пулемётчика в третьей Донской дивизии Донского корпуса и служил будущий всемирно известный регент Сергей Жаров. Генерал Фёдор Абрамов возложил на Жарова особую миссию — казачьими песнями поддерживать боевой дух донцов.
В своих воспоминаниях Сергей Жаров не раз отмечал, что самым тяжелым периодом в его жизни было пребывание в турецком лагере для интернированных лиц в посёлке Чилингир. В этих гиблых местах и были размешены остатки соединений донских казаков генерала Федора Абрамова. Людей поселили в десяти длинных, загаженных, полуразвалившихся овчарнях, куда ещё совсем недавно в дождливую или холодную погоду загоняли овец.
В России никто из них и представить не мог, что когда-нибудь придется жить в таких условиях — в сараях для скота! Однако казаки не пали духом, не сломались ни морально, ни физически. Они стали обживаться. Скоро в бараках появились самодельные печи: их мастерили из кирпичей и консервных банок. Но первые две недели в Чилингире казаки жили тупо, не понимая, что происходит: отходили от эвакуации и Гражданской войны. Что будет с ними дальше — никто не знал. Продовольственный паек в лагере был ничтожный. Все жили впроголодь. Горячей воды не было. Нельзя было постирать белье. Ко всем бедам добавилась холера, и французы оцепили лагерь карантинными постами. Появились первые трупы — жертвы пандемии. Тут уж не обходилось без полкового священника и регента. Отпевание, как правило, было долгим и насколько возможно торжественным. В преддверии праздника Святителя Николая генерал-лейтенант Федор Абрамов отдал приказ: подготовиться к торжественному молебну. А для этого лучших певцов из всех полковых казачьих хоров свести в один, сводный, чтобы богослужением поднять дух воинства, приглушить горечь изгнания. Регентом хора назначили Жарова, которого генерал Абрамов хорошо знал лично. В маленькой, холодной и очень тесной землянке начались репетиции. Нот не было. Их писали по памяти на дешевой тонкой бумаге. Основной костяк певцов составили офицеры, но были и рядовые с очень хорошими голосами. Из этого полкового хора чрез несколько лет коллектив превратиться в самый известный музыкальный коллектив мира и уже 1962 году выпустит более 12 миллионов пластинок. Певцов услышат не только миллионы простых слушателей, но и монархи, президенты, премьер-министры. Хором будут восхищаться Уинстон Черчилль и английский король Георг V, Франклин Рузвельт, Дуайт Эйзенхауэр, Гарри Трумэн... А Сталин, услышав одну из его первых пластинок, прикажет создать похожий хор (ныне знаменитый ансамбль имени А. В. Александрова).
В газетной статье невозможно пересказать всё содержание книги, вышедшей в издательстве «Молодая гвардия» в серии ЖЗЛ. Но уже из этой попытки краткого изложения становится понятно, что перед нами раскрывается масштабное полотно, эпопея, целый мир важнейших, подчас драматических событий, которые способны захватить и удерживать внимание читателя на протяжении многотомного повествования. С удивлением и радостью понимаешь, что речь идет о том самом «настоящем чтении», о котором Иван Ильин писал в своем «Поющем сердце» как « …накопление чувств, постижений, идей, образов, волевых разрядов…призывов…. целое здание духа, которое дается нам прикровенно, как бы при помощи шифра». Но масштабность и яркость не закрывают перед вдумчивым читателем главный вопрос - ЧТО в этой книге явилось для меня самым важным, главным, что вызвало «волевые разряды» и заставило сердце учащенно биться? Почему я возвращаюсь к книге и всматриваюсь вновь в уже перечитанные страницы? Ответ нашелся. Оказалось, что авторы «зацепили» проблему, которая сегодня для нас, живущих в России и «болеющих» за ее судьбу, по-прежнему стоит чрезвычайно остро и болезненно. Нередко, когда говорят о возрождении России, о восстановлении ее былого национально-государственного величия, в
области неопределенности остается центральное условие – сам образ будущей возрожденной России. Эта неопределенность отражает непреодолимое пока препятствие для осуществления грандиозных замыслов и планов: российское общество в целом по-прежнему не может прийти к единому мнению по поводу модели той новой возрожденной России, которую бы оно (единое в своих намерениях общество) хотело построить и в котором хотело бы жить. Так, существующее противостояние национализма и политкорректности, либерализма и православия предопределяет неуверенность национальных проектов. Выход из кризиса, из тупика исторического безвременья невозможен без преодоления духовно-нравственных противоречий в общественном сознании, без согласия народа по поводу того образа будущего, который стал бы достоин национального прошлого, без осознанного выявления своей духовной воли относительно смысла и целей своего бытия. Мы по-прежнему пытаемся «взвесить» на весах исторической справедливости деяния «красных» и «белых» в надежде четко ответить на вопрос – кто больше виноват? На чьих руках было больше крови, в чьих сердцах было больше жестокости. Сегодня не только для дальнейшего существования, но и для выживания в реалиях современного мироустройства нам всем необходимо признать для себя цели столь высокие, идеалы столь возвышенные, авторитеты столь бесспорные, которые просто не смогут быть предметом спора нравственно полноценных людей.
Рассказ о судьбе Сергея Жарова и его коллектива - это не просто рассказ о становлении личности талантливого музыканта, об интереснейших встречах с великими музыкантами, исполнителями, художниками; о том, как уникальному детищу Сергея Жарова рукоплескали по всему миру и короли, и президенты, и просто ценители настоящего искусства. Это, прежде всего, рассказ о пути духовного обновления, о преодолении своей самости и гордыни; о том, как несмотря на тяжелейшие (порой, нечеловеческие,) испытания люди сумели сохранить в своем сердце то главное, что в любых испытаниях у нас никому не отнять – жертвенную любовь к своему Отечеству, в основании которой лежала незыблемая с детских лет глубокая и искренняя Православная Вера.
Вся книга буквально насыщена потрясающими рассказами о встречах с выдающимися людьми, среди которых и Сергей Рахманинов, и Великая Княгиня Елизавета Феодоровна, (причисленная в России к лику Святых); на ее страницах нам открывается интереснейший (детально подробный и точный) мир сложнейшей профессиональной «кухни» работы Мастера со своими музыкантами- подмастерьями.
Но все роскошное богатство текста не позволяет «утонуть» в меломанском восторге, не позволяет заслонить главную мысль, своего рода асафьевскую «генеральную интонацию» всего повествования. Эти люди за долгие годы жизни и трудов на чужбине поняли, что Родина — это не конкретный политический режим, и никакие разочарования в сегодняшнем положении в стране (никакие санкции и клевета!) не заставят преданных сынов продать свое Отечество «за 30 сребренников», в тяжелейшую годину испытаний пройти мимо и не оградить от поругания. Эти простые казаки-музыканты, напитавшись Благодатью молитвенных православных песнопений, поняли, что Отечество — это Божий Дар, полученный для непрерывного созидания и творчества, в котором могут быть и взлеты, и падения. Но падения, «оскудения одной эпохи (как писал Г.П. Федотов) это только гримаса, на мгновение исказившая прекрасное лицо…. И пусть озлобленные маловеры ругаются над Россией как страной без будущего…, мы знаем, она была Великая Россия и она БУДЕТ!»
Может быть именно потому, одним из самых пронзительных мест в книге о Сергее Жарове является, на мой взгляд, рассказ о том, как в 1941-м году жаровцы услышали по радио «Священную Войну» А.Александрова: «Все жаровцы искренне уверовали: у Германии победы не будет! Народ такой духовной мощи победить невозможно! …. Россия возвращалась к своим истокам. Это первыми поняли белоэмигранты».
И это главный ответ на наш Главный вопрос: чтобы обрести единство и согласие в признании бесспорных идеалов и целей мы должны вспомнить, что мы умеем прощать не по закону, а по любви; а простить по любви – это значит дать больше, чем (как нам кажется) человек заслуживает по закону!
И еще: человек, казалось бы, далекий от «тонких духовных материй»,
известный российский экономист, академик Б.Н. Кузык в одной из своих книг написал такие слова: «Россия жива, пока мы любим эту землю….. и , если не ушла любовь, то живы и мы».
В завершении вспомним еще раз, что многие белоэмигранты мечтали вернуться на Родину в Россию (которая их отвергла и оклеветала в свое время). Иван Ильин (изгнанный и оклеветанный среди многих) незадолго до смерти писал, что если его книги нужны России, то Господь убережет их от гибели, потому что он сам живет и пишет только для России! Более полувека спустя прах Ильина был перезахоронен в Москве в родной земле Донского монастыря….
Сергей Жаров умер также на чужбине, но он и его музыканты «вернулись» к нам не только в благозвучных песнопениях хора, (внесшим лепту в восстановление связующей нити нашей культуры), жаровцы оставили нам главный свой завет — научиться любить и прощать, не взирая на страшные гримасы, « временно исказившие прекрасное лицо».
Этому был посвящён замечательный концерт в Государственной академической капелле, этому же посвящена и книга из серии ЖЗЛ «Сергей Жаров».
Нина Таирова,
 кандидат культурологии
Источник:  https://nstar-spb.ru
Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~y5cnm


Газета «Санкт-Петербургский вестник высшей школы»

Санкт-Петербургский вестник высшей школы

музыкальный вестник