Юрий Александров: «Паяцы» – часть нашей судьбы»

16 Апреля 2010

Юрий Александров: «Паяцы» – часть нашей судьбы»

…Финальная сцена премьеры «Паяцев» в «Cанктъ-Петербургъ Опера»… Взрыв аплодисментов. Публика долго не отпускает актеров со сцены. Не смолкают восторженные «Браво!» Александров доволен. Позади долгие размышления, репетиции, поиск единственно верного решения, проживание с актерами каждой мизансцены, оттачивание мастерства актеров в каждой оперной партии. Он предельно искренне и открыто, не заигрывая с публикой, рассказывает обо всем, что наболело за многие годы, ведь спектакль «Паяцы» — это новое прочтение пьесы, это исповедь и о жизни его театра.

…Действие перенесено в наши дни. Труппа театра под руководством Канио, готовясь к премьере, проводит пресс-конференцию: театральные критики, журналисты и телевидение ждут новостей. Комичная мизансцена с журналисткой, ворвавшейся в личное пространство Недды и Сильвио, — горькая усмешка режиссера. Александров не раз говорил о том, что актеры, публичные люди, не защищены от вторжения в их личную жизнь журналистов, папарацци, досужих сплетников. Бывает, вымысел или предвзятая подача материала работниками пера больно бьет по человеческой судьбе, нанося удары, зачастую огромной разрушительной силы. Юрий Исаакович признается, что помидоры, которые бросают зрители изображаемого действа в мишень (этой мишенью служит Тонио), «на самом деле летят в нас. Но мы забронированы нашим талантом, нашим творчеством, попробуй попади! Мы сильны своей любовью к зрителям. Мы приносим на алтарь великому искусству свою жизнь без остатка. Актер умирает на сцене, чтобы зрители ушли из театра другими, одухотворенными».

На глазах у зрителей разворачиваются неподдельные человеческие страсти: сумасшедшая любовь, бешеная ревность, подлость и предательство, гибель героини и ее возлюбленного. Замечательный оркестр, великолепные голоса, необыкновенные костюмы, высочайшая культура сцены никого не оставляют равнодушными. Постановка трогает — сила искусства такова, что забываешь обо всем на свете.

Во втором отделении — феерическое представление. Костюмы поражают воображение: Сильвио в виде золотого петуха, разноцветные роскошные Коломбина и Арлекин. Парадная сторона жизни актера, за которой порой скрываются грусть, слезы неудач, неосуществленные мечты, несбывшиеся надежды. Закончится спектакль, спадут яркие одежды, и останется актер один на один со своими невеселыми думами… Так происходит  в театре. Понимая это, Александров трепетно относится к своей труппе, считая, что талантливые актеры — достояние театра, и нужно их лелеять и холить. Он гордится, что в театре три состава актеров, никто не обижен, каждый в полной мере может проявить себя.
Надо сказать, что публика не всегда однозначно воспринимает спектакли, поставленные Юрием Александровым. Маэстро не раз подчеркивал, что его театр не для всех, но он уважает иной выбор. И тем не менее в «Паяцах» «мы смогли донести свою мысль до разного зрителя, который, я надеюсь, смог оценить и кураж, и свободу в пространстве, в музыке, и самобытные голоса. Я постарался решить музыкальную загадку спектакля. У композитора в финале лейтмотивом звучит тема Канио — "Смейся, паяц!" А дальше — игривая музыка, как штукатурка, падающая сверху. Что это? Не вяжется с драмой, где слезы, крик, надрыв. Я понял, что мы слышим усмешку автора: не надо воспринимать все всерьез. Это театр, господа!»

На вопрос, что он ощущает после спектакля, Юрий Александров ответил: «Я получил огромный заряд энергии от человеческой поддержки. Многие зрители подходили и благодарили меня. Я очень признателен всем, кто понимает и любит нас. Ребята, мои актеры, стали благодаря спектаклю намного искуснее и профессиональнее. Думаю, у спектакля будет долгая жизнь, которая, вполне возможно, внесет со временем свои коррективы».

Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~G7HSz