Начо Дуато: «Фламенко Антонио Гадеса — это ментальная связь со вселенной»

30 Октября 2018

Начо Дуато: «Фламенко Антонио Гадеса — это ментальная связь со вселенной»

В преддверии петербургских гастролей испанской балетной труппы Антонио Гадеса (Мадрид), которые намечены на 16 17 ноября в БКЗ «Октябрьский» со спектаклями «Кармен» и «Кровавая свадьба», состоялась встреча с другим выдающимся представителем испанской танцевальной культуры — Начо Дуато, постоянным приглашенным хореографом Михайловского театра.

— Начо, вы когда-нибудь общались с Антонио Гадесом лично?

— Да. Мы работали в одно и то же время в Национальном театре танца в Мадриде: он руководил отделением народного испанского танца, я — отделением балета и современного танца. Более того, мы работали в одном здании и, конечно, пересекались и иногда вместе обедали, но говорили в основном не о работе и никогда не обсуждали танец по-настоящему.

— Какое впечатление он на вас произвел?
— Я восхищался им, но я был намного младше. Ему тогда было почти столько, сколько сейчас мне. Я думаю, он был очень харизматичным человеком, меня впечатляли его идеи. Не могу забыть, как он уехал жить на Кубу. Бросил танцевать и на собственной яхте отправился на Кубу, где подружился с Фиделем Кастро. Антонио нравилась его политика, да и сама жизнь на острове.

— Вам удалось застать время, когда Гадес сам танцевал?
— Да, конечно. Я видел его в «Овечьем источнике», также видел, как он танцевал «Кармен» в постановке Ролана Пети вместе с классическими балеринами, сочетая тем самым балет с элементами фламенко. Он прекрасно владел техникой национального испанского танца, т. е. школами болеро и фламенко. Но он мог профессионально исполнять балетные па — tour en l’air, entrechat six… У него было стройное подтянутое тело и красивые линии.

— В Петербурге покажут «Кровавую свадьбу» Гадеса, в основу которой легла одноименная пьеса Федерико Гарсия Лорки, где авторы помимо прочего размышляют о понятии «дуэнде». И вы в свое время поставили балет «Дуэнде». Как вы понимаете этот термин?

— «Кровавая свадьба» — замечательный балет. Я видел его в исполнении Кристины Ойос. Я хорошо знаю лично Кристину. Она очень красивая танцовщица и очень хороший человек. Вы не можете отделить красивого человека от прекрасной хореографии. Превосходные хореографы и танцовщики обычно в жизни — очень красивые люди.
Да, действительно, мы используем общее понятие «дуэнде», но рассматриваем его в совершенно разных значениях. Фламенко Гадеса — подобно «вуду», это особое мышление, своеобразная ментальная связь со вселенной, это доступно не всем. Про человека, у которого есть эти качества, говорят, что у него есть «дуэнде». Это пошло от Лорки и его терминологии. Но мой балет «Дуэнде» о другом, он о персонажах испанского фольклора — маленьких гномах и эльфах, которые живут в сельской местности.

— Вы когда-нибудь использовали мотивы или элементы национального испанского танца в своих балетах?
— Нет. Но, конечно, это есть в моей крови. Хотя я не цыган и не с юга Испании. Я — средиземноморец. Я чувствую себя ближе к арабам, марокканцам, андалузцам, афинянам и сардинцам каким-то образом. Мой «Испанский танец» в «Щелкунчике» — это все-таки стилизация и театрализация. Я вдохновлялся испанским национальным костюмом, но это больше похоже на испанский фольклор в классической редакции, а не на настоящее фламенко.

— В одном из интервью вы вспоминали, что были одним из любимых учеников Мориса Бежара, который сам любил испанскую культуру и хорошо владел испанским языком. В Брюсселе помимо остальных классов каждое утро вы занимались уроком фламенко. Расскажите поподробнее об этом.

— Фламенко мы занимались с удивительной женщиной, настоящим специалистом — Сюзанной (Susana Audeoud. — К. К.). Вообще, она родилась в Швейцарии, но выглядела как испанка, с темными волосами и выразительными карими глазами. Она была хорошей танцовщицей, выступала вместе с Хосе де Удаэт (José de Udaeta. — К. К. ) известным своими танцами с кастаньетами. Он часто приезжал в Россию. Танцевал как классический балет, так и болеро.
Вспоминается забавный случай. Бежар очень любил фламенко, да и сам выглядел как испанец, любил Гадеса и танцовщиц труппы Антонио. Был также большим поклонником испанской музыки. И он знал, что помимо двадцати других национальностей (греков, немцев, итальянцев, канадцев, американцев) в школе учился один испанец —
это был я. Но я не выглядел как испанец. Бежар ходил и спрашивал у остальных: «Ты испанец? Или ты испанец?» Он думал, что я немец или швед. Только когда я исполнил перед ним фарруку, которой меня научили в Мадриде, он сразу все понял.
Беседовала Карина КОЗЛОВА
Источник:  http://nstar-spb.ru/
Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~xz7jC