Ирина Розанова: «Петербург — столица органной музыки»

Фото: Константин Гусев

Фото: Константин Гусев

1 Декабря 2020

Ирина Розанова: «Петербург — столица органной музыки»

Этой осенью и в декабре Органный фестиваль капеллы «Таврическая» по причинам, связанным с COVID-19, проходит в лютеранском Соборе Петрикирхе на Невском проспекте, с любезного согласия руководства общины.

Мы побеседовали с одной из самых известных и востребованных органисток России, музыкантом капеллы «Таврическая» Ириной Розановой, накануне концерта, который состоялся 19 ноября в Петрикирхе в рамках фестиваля. Ирина успешно совмещает активную концертную деятельность с преподаванием игры на органе в Хоровом училище им. М. И. Глинки, где органный класс по числу учащихся у одного педагога, возможно, является самым большим в стране.

— Ирина Владимировна, какую роль играет органный класс в Хоровом училище, почему так много мальчиков выбирает этот инструмент и как вы всё успеваете при такой нагрузке?
— Да, вы правы, нагрузка очень большая: концерты требуют концентрации и постоянных занятий, еще мы ведем с Александром Харьковским программу «Звучащая сфера» на «Радио России — Санкт-Петербург», в летний период я руковожу фестивалем «Музыкальные вечера в Ораниенбауме», и, как вы заметили, в Хоровом училище у меня 29 учеников. Желающих было гораздо больше, но мой график не позволяет взять всех желающих. 
Это обусловлено тем, что я всегда работаю на результат. За эти шесть лет учащиеся моего класса выступили с концертами в городах Финляндии, Словении, в Москве. В Петербурге они выступали на всех лучших площадках города. Во время карантина мы тоже не теряли время даром и участвовали в онлайн-конкурсах, где Александр Волков взял сразу три Гран-при.
Следует заметить, что Хоровое училище воспитывает прежде всего дирижеров, артистов хора, вокалистов. Я считаю, что орган должен быть просто обязательным инструментом в учебной программе. Как показывает практика, очень часто дирижеры понятия не имеют, как устроен этот инструмент. Например, чтобы выполнить элементарное требование, в определенном месте сделать тише или громче, органисту нужно немного времени, чтобы совершить манипуляцию, выключить или включить регистры — поменять громкость. Дирижер же мыслит фортепианными категориями и вместо времени дает ауфтакт.
В европейской (особенно в английской) традиции на хоровых уроках вообще не используют рояль. Его заменяет фисгармония или позитив. Это связано с певучей природой инструмента, где звук не имеет резкой атаки и может бесконечно длиться.

— Я неоднократно бывал на концертах знаменитой ленинградской органистки Нины Оксентян, вы были одной из последних ее учениц. Глядя на вас за пультом органа в Петрикирхе, я обратил внимание на то, насколько сильно положение ваших рук на мануалах, музыкальная фразировка в романтическом репертуаре напоминают мне манеру игры Нины Оксентян (я не шучу). Что такое петербургская органная школа, о которой говорили в конце XX века, в чем ее особенность?
— Если это действительно так, то я безмерно счастлива, что смогла перенять от моего учителя манеру романтического исполнительства.
Если обратиться к страницам истории, то действительно Петербург называли столицей органной музыки — таков был неофициальный статус дореволюционного Петербурга. В городе и его окрестностях число органов в церквях доходило до девяноста. И все они прекрасно звучали. В основном это были инструменты знаменитых европейских фирм «Валькер» и «Зауэр», причем некоторые из них являлись шедеврами романтического органостроения. Столица органной музыки была окутана аурой романтических звучностей — мягких, теплых, объемных.
Петербург положил основание и профессиональной органной школе — старейшей в России. В 1862 году по инициативе А. Г. Рубинштейна в учрежденной им Консерватории был открыт органный класс. Среди учеников органного класса были П. Чайковский, Г. Ларош, С. Прокофьев и др. На протяжении всей истории его руководителями являлись профессора — 
Г. Штиль, Л. Гомилиус, Ж. Гандшин, Н. Ванадзиньш, И. Браудо, Н. Оксентян. Все его руководители — выдающиеся музыканты — передавали из рук в руки ценные качества петербургской школы, которые и определили ее «лица необщее выраженье»: романтическое звукосозерцание, одухотворенность высказывания, богатство звуковых красок, поющую природу инструмента. Как говорил проф. Хуго Лепнурм об игре Нины Ивановны: «Настоящая французская игра!» Почему французская, вы зададите вопрос? Дело в том, что Исайя Александрович Браудо стажировался в Париже у самого Луи Вьерна. Нина Ивановна училась у Исайи Александровича и переняла полностью манеру его игры. Сохранилась запись баховской Прелюдии и фуги ми минор, BWV 533, в исполнении Луи Вьерна. После прослушивания я вспомнила наш урок с Ниной Ивановной, когда мы проходили это произведение: общая идея, темпы, регистровка — все совпадает. К сожалению, такая манера исполнения в наши дни практически исчезла. Все играют абсолютно одинаково.
Как-то Нина Ивановна приехала с концертом в Таллин, где она выступала в концертном зале «Эстония». Эстонский органист Тиит Киик проводил ее к пульту органа, все показал, а сам сел в зал и слушал репетицию четыре часа подряд. После чего подошел к Нине Ивановне и сказал с характерным акцентом: «Спасибо вам большое! В вашей игре есть Душа».
Душа в последнее время куда-то исчезла. Да, может быть, и не до нее... Сейчас у всех идет «чёс», даже концертные и церковные залы органисты называют «точками». Ну о чем тут говорить? Какая душа? Какие поиски смыслов?
Один органист честно признался, что пианистов много, а органистов единицы, и он играет просто нотный текст, а остальное его не интересует. Цинично? Зато честно!
Раньше было другое время, другое отношение к программам, репетиционному процессу, концерту. Исайя Александрович Браудо, например, перед концертом в Большом зале Филармонии брал семь ночей (!) репетиционного времени с полуночи до шести утра. Итого получается 42 часа! Для нас сейчас это непозволительная роскошь!

— Приблизительно год назад вы организовали выставку о Нине Ивановне Оксентян в Петрикирхе. У вас хранится ее архив. Что бы вы могли сказать о своем педагоге и ее манере обучения? 
— Выставка проходила в Петрикирхе и Камерном зале Капеллы. Жаклин Суреновна (племянница Нины Ивановны) передала мне документы на временное хранение. В 2021 году Нине Ивановне исполнится 105 лет, и к этой дате я планирую опубликовать фотографии и документы.
К Нине Ивановне я отношусь с большой теплотой и любовью. Кстати, я заметила, что никогда не говорю о ней в прошедшем времени, всегда в настоящем. Я только сейчас начинаю осознавать всю ценность ее уроков. Мы никогда не работали над технологией, но всегда над художественным образом и характером произведений. Хоралы Франка, фантазии Листа, симфонии Видора и Вьерна, медитации Мессиана — 
каждая нота, каждая фраза должна была быть наполнена смыслом. Коронные фразы Нины Ивановны: «Не засиживайтесь. Проходите. Допевайте концы фраз. Произносите».
Особенными уроками для меня были публичные выступления Нины Ивановны. Мне посчастливилось ассистировать почти на всех последних концертах. Программы и регистровки были выполнены с большим вкусом. Нигде не допускалась случайность. Нина Ивановна проигрывала программу целиком, придерживаясь заявленной последовательности, тем самым выстраивая драматургию. Самое главное, чему научила меня Нина Ивановна: не просто воспроизводить текст, а играть музыку!

— Можете рассказать чуть подробнее о большом трехмануальном органе в Петрикирхе? Он ведь не похож на орган Таврического дворца или Академической капеллы?
— Этот орган немецкой фирмы Willi Peter был построен в начале 1970-х годов и изначально находился в немецкой лютеранской общине Стокгольма, но в начале XXI века они решили реставрировать свой исторический орган, который сохранился в этой же церкви, а Willi Peter продать какой-нибудь лютеранской общине в другую страну. Так этот орган появился в Петербурге.
Как принято говорить в органных кругах, это second hand, но весьма удачный. Он прекрасно вписался в акустику Собора Святых Петра и Павла и на данный момент является самым крупным церковным органом в городе. Он построен в необарочном стиле, обладает тремя мануалами, сорока семью регистрами, системой запоминания комбинаций, а недавно в нем появился удивительный регистр «Соловьиные трели».
Органы стиля необарокко — это мечта вернуть, с одной стороны, баховское величественное звучание, а с другой, использовать все технические достижения XX века. На органе Петрикирхе хорошо звучит и романтическая, и модерновая музыка, у него очень красивые мягкие тембры. Но создан он для музыки барокко, и Бах звучит на нем очень выразительно.

— Какую программу вы будете на нем исполнять? Она как-то увязана со стилем этого инструмента?
— Прозвучит музыка французского романтизма и импрессионизма. Совместно с потрясающим кларнетистом Сергеем Христофисом мы исполним для вас музыку Дебюсси, Равеля, Форе, Сати, Барье и т. д. Программа получилась действительно очень красивая, построенная на тончайших полутонах, условно говоря, света и тени. Сочетание «кларнет — орган» очень удачное — эти два инструмента деликатно дополняют друг друга.
Мы хотим, чтобы слушатели переосмыслили свое отношение к органу и узнали, что помимо Баха для органа писало еще много других прекрасных композиторов совершенно в другой эстетике. Я бы даже сказала, что наша с Сергеем программа истинно петербургская, с нестандартным отношением, очень интеллектуальная и эстетская.

— В чем особенность нынешнего фестиваля, проходящего в Петрикирхе?
— Все концерты проходят при поддержке Комитета по культуре. Организатором и инициатором является Алёна Петрова, автор многочисленных культурных проектов нашего города. Конечно, этот фестиваль не смог бы состояться без сердечного отклика руководства Петрикирхе и главного органиста собора Сергея Силаевского. Вы спрашиваете, в чем особенность именно этого фестиваля и этих концертов? Во-первых, перед вами выступят лучшие органисты города с разнообразными программами. Во-вторых, это уникальный синтез световых эффектов, мэппинга и музыки. То, что когда-то мечтал претворить в жизнь Александр Николаевич Скрябин. В-третьих, мы живем сейчас в таких реалиях, что не все желающие могут посетить концерты, ввиду ограничений для лиц более старшего возраста, поэтому мы проводим онлайн-трансляции — и все концерты доступны для просмотра в Интернете.
Мы ждем вас в Петрикирхе!
Беседовал Аркадий ЗАПРУДНЫЙ
Санкт-Петербургский Музыкальный вестник, № 11 (183), декабрь 2020 г.
Источник:  https://nstar-spb.ru
Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~mYSjc