Андрей Лёвин: От «Призрака оперы» до антиутопии

Фото: Ирина Ковалёва-Кондурова

Фото: Ирина Ковалёва-Кондурова

9 Января 2020

Андрей Лёвин: От «Призрака оперы» до антиутопии

В недавней премьере Санкт-Петербургского музыкально-драматического театра «Буфф» «Коломба, или Бумажные розы» (постановка Исаака Штокбанта) молодой артист Андрей Лёвин появился в образе Ласюрета — секретаря театральной примадонны мадам Александры. Пьесу Жана Ануя «Коломба» положил на музыку популярный российский композитор Максим Дунаевский: спектакль «Буффа» стал первой музыкальной версией этой пьесы.

— Андрей, насколько мне известно, в постановке «Коломбы», реализованной в начале двухтысячных как драматический спектакль, вы также играли Ласюрета. Изменилось ли ваше ощущение персонажа? Что привнесла музыка Дунаевского? 
— В том спектакле я играл скорее маску, мне не хватало ни актерского, ни жизненного опыта. Теперь же, в том числе и благодаря музыке, образ получился глубже, ярче, злее. Я понимаю психологическую подоплеку поступков Ласюрета и знаю, откуда проистекают его комплексы. Он и мадам Александру ненавидит не просто так, и Арману хочет навредить неслучайно, и все его «телодвижения» имеют конкретные цели, одним словом, мой нынешний Ласюрет — 
настоящий рай для психолога. Музыка Дунаевского добавила всем героям объема, а тяжелой по сути истории — легкости, просветленности. 

— Подхалюзин, сыгранный вами в прошлом театральном сезоне в музыкальной интерпретации пьесы Островского «Свои люди — сочтемся» (композитор Сергей Ушаков), тоже «рай для психолога», а квинтэссенцией его внутренних чаяний становится ария «Чёт или нечет, пан или пропал» из I акта.
— Сначала мне было обидно, что монолог, в котором можно было «поиграть», найти какую-то вариативность, сократили и заключили в стихотворную форму. Но получилось, что музыка заставила действовать компактнее, быстрее, добавила нерв. 

— А как вы попали в мюзикл Ушакова «Кентервильское привидение», поставленный на сцене ТЮЗа? Было ли страшно петь партию, написанную специально для Альберта Асадуллина? 
— По просьбе режиссера спектакля Виктора Крамера искали актера, который сможет не только сыграть, но и спеть, что было непросто, потому что партитура — сложная, тесситура — очень высокая. Кто-то порекомендовал меня, и я получил приглашение на пробу. На меня давил уровень ответственности, я ужасно волновался и во время прослушивания «подсорвал» голос. Но неожиданно Крамер сказал: «Спеть ты споешь, это ясно. Сыграть, в общем-то, хотят многие, но мне важно, чтобы это было еще и спето не фальцетом, а в полный голос — звучно, мощно, что может далеко не каждый. Я рад, что нашел тебя».

— С партией вы справились на славу, интересным получился и образ. 
— Крамеру хотелось увидеть в образе Кентервильского привидения рокера-металлиста, дававшего когда-то грандиозные рок-концерты, но в данный момент несчастного уставшего от жизни человека, не знающего, что ему делать в этом мире… У меня получился скорее несчастный черный клоун…

— Другая необычная работа — надсмотрщик № 1 в мюзикле-антиутопии Ивана Кушнира «Зомби-Зомби-Зомби».
— Да, это была потрясающе интересная работа с Кушниром, режиссером Николаем Дрейденом, хореографом Владимиром Варнавой, группой АХЕ. Собственно, на «Зомби» почти в полном составе перекочевала команда тюзовского спектакля «Лёнька Пантелеев. Мюзикл». Это фантасмагорическая история о будущем, 
в котором построено идеальное общество людей, находящихся всегда в приподнятом настроении. Оборотной же стороной этого «Эльдорадо» является остров, обитатели которого много и тяжело работают, куда тайно доставляют тех, кто позволил себе не улыбаться в «идеальном мире». Одним словом, социальная сатира. Ни в чем подобном — ни до, ни после — участвовать мне не приходилось. 
Там была очень креативная разносторонняя музыка, оригинальные вокальные партии, например танго надсмотрщиков, внутри которого была заключена рэп-композиция. 

— Знаю, что во время учебы в Академии театрального искусства (ныне — РГИСИ) вы пели дуэт из культового мюзикла Уэббера «Призрак оперы», а уже в «Буффе» за роль в водевиле «Квадратура круга» (по В. Катаеву) были выдвинуты в номинации «лучший актерский ансамбль» на Высшую театральную премию Петербурга «Золотой софит». А, например, с оперой приходилось сталкиваться?
— Только в детстве (улыбается). Я пел в Детском хоре радио и телевидения и с другими хористами был среди мальчишек, которые прыгали за Юродивым в «Борисе Годунове» Мусоргского, и среди мальчишек, гулявших в Летнем саду в «Пиковой даме» Чайковского. Было это в Малом театре оперы и балета (ныне — Михайловский театр). Однако рос я именно в «классической атмосфере»: мой дед — кларнетист и саксофонист, служил в Русско-японскую войну в оркестре на крейсере, очень любил оперу и собрал большую коллекцию пластинок, которые я постоянно слушал.
Беседовала Светлана РУХЛЯ
Санкт-Петербургский Музыкальный вестник, № 01 (173), январь 2020 г.
Источник:  https://nstar-spb.ru/
Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~QIBb4


Газета «Санкт-Петербургский вестник высшей школы»

Санкт-Петербургский вестник высшей школы

музыкальный вестник


 

Информационное агентство  Северная Звезда

С 01.12.2021 19:10:00 по 10.12.2022 20:10:00 «Вне истеблишмента»
С 19.05.2022 19:10:00 по 04.10.2022 20:10:00 «Первые биографы Блока. Мария Бекетова» и «Первые биографы Блока. Корней Чуковский»
С 27.05.2022 22:50:00 по 23.10.2022 23:50:00 «Люблю тебя, Петра творенье…»
С 30.06.2022 11:20:00 по 23.10.2022 12:20:00 «Театр балета Эйфмана. Только любовь»
С 19.08.2022 09:10:00 по 10.10.2022 10:10:00 «Кресло, стул, табурет в русском искусстве XVIII-XX веков»
С 25.08.2022 22:20:00 по 11.10.2022 23:20:00 «Краски города»
С 06.09.2022 16:30:00 по 07.10.2022 17:30:00 «Житель осажденного Ленинграда»