Откройте ваши души! Проект Open door в малом зале филармонии

1 Июля 2011

Откройте ваши души! Проект Open door в малом зале филармонии

Из пресс-релиза                                        

Последний, состоявшийся в мае, концерт проекта был посвящен единственному произведению — монодраме Настасьи Хрущёвой на тексты Лёхи Никонова. У этой монодрамы диковинное название: «магбет». Алексей Никонов (известный как Лёха Никонов) — поэт, панк, автор текстов к панк-опере «Медея», лидер группы «Последние Танки В Париже» (П.Т.В.П.). Настасья Хрущёва — аспирантка Санкт-Петербургской консерватории, член Союза композиторов, автор цикла «Хорошо препарированный клавир».

Лёха Никонов: «Магбет — это попытка взаимодействия маргинальной и высокой традиций. Это эксперимент, имеющий мало отношения к шекспировскому Макбету».

Настасья Хрущёва: «В нашем тандеме Алексей Никонов отвечает за страсть и кровь, а я за иронию и отстранение… Получилось так, что в подтексте у нас оказался не столько Шекспир, сколько шекспирт (выражение Олега Григорьева)».
Спустя почти месяц после премьеры мы беседуем с Настасьей Хрущёвой, вспоминая и «магбета», и предыдущие концерты-дискуссии.
 
 — Настя, расскажите о предыстории этого необычного филармонического действа.  
— Идея проекта принадлежит Ирине Яковлевне Родионовой. Когда в художественном руководстве филармонии озаботились формированием новой слушательской аудитории, по-
явились абонементные циклы вроде «Концертов во фраках и джинсах», привлекшие молодежь. Но филармония пошла дальше — тут я процитирую фрагмент пресс-релиза к первому концерту проекта «Конец цитаты. Откровенный разговор о постмодерне». За названием следовало красноречивое «воззвание» к наиболее активной части публики:
«На дворе — XXI век, когда привычные схемы отказываются работать, а академическое искусство требует обновления и притока свежих сил. Ведь художникам необходимо не только творить, но и говорить об этом. Такой подход невозможен без интерактивности. Поэтому впервые филармония предлагает публике не пассивное слушание, а возможность высказаться и быть услышанным; не наблюдение, а участие; не монолог, а спор».
— Я хорошо помню завязавшийся тогда спор о судьбах искусства, в котором и сам поучаствовал. В современной культуре обозначилась явная тенденция к взаимному проникновению,  к взаимовлиянию «высокого» и «низкого» жанров. Я не случайно взял эти прилагательные в кавычки — еще Вольтер, как известно говаривал: «Все жанры хороши, кроме скучного». Да и потом, где пролегает эта мнимая граница? Разве не стали крестьянские лендлеры и менуэты в деревянных башмаках частями симфоний Гайдна, Шуберта, Малера? Разве не стали танцы из польской Мазовии мазурками Шопена?
А джаз, сделавшийся респектабельным камерным жанром! А танго, выведенное Пьяцоллой на филармоническую эстраду!

А «Уличные мелодии в смокингах» Андрея Павловича Петрова!  
 — Вы правы, недаром же на втором концерте цикла удалось продемонстрировать, что самое элитарное, самое герметичное искусство может быть без ущерба для него и даже, как выражаются критики, «с прибавлением смыслов» — обращено к более демократичному залу. Я играла атональные фортепианные пьесы Арнольда Шёнберга (ор. 19), а Олег Белов, великолепный джазмен, тут же «на глазах» изумленной публики обращал «в свою веру» Шёнберга, композитора, утверждавшего непримиримо: «Если это искусство — то не для всех, а если для всех — то это не искусство». А рядом с использующей сверхсложные  современные техники «Колористической фантазией» Сергея Михайловича Слонимского прозвучала его же бесхитростная песня «У кошки четыре ноги». Кстати, меня поразили отклики в интернетных блогах на нашего «магбета»; в одном из них автор утверждал, что в своей музыке «…Настя Хрущёва перепанковала Никонова, как мальчишку». Я склонна воспринимать это как комплимент.

— Но это ведь и Лёхе Никонову, как теперь пишут в Интернете, «респект и уважуха». Он представил яркое прочтение шекспировской трагедии, приблизив ее к строю мыслей своих сверстников и более молодых современников. Он выказал себя эрудитом и ярким талантливым поэтом, темпераментным исполнителем (из осторожности не скажу — актером).   

А в заключение, давайте, Настя, вместе скажем слова уважения и благодарности в адрес нашей филармонии, решившейся на беспримерный эксперимент. И еще раз позовем всех любителей музыки и сопредельных искусств: «Двери филармонии открыты. Входите! Откройте ваши души, ваши сердца!».   

Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~X8t69