ETHNO-XIX

Фото: Владислав Коновалов

Фото: Владислав Коновалов

10 Января 2020

ETHNO-XIX

Чем чище музыка любви,
тем громче музыка печали.
Чем громче музыка печали,
тем выше музыка любви.
Булат Окуджава

Пасмурно. В прогнозе погоды — «торнадо». Люди блуждают вокруг дома 2 по улице Глинки, пытаясь проникнуть во временное здание Санкт-Петербургской консерватории. Идите на свет, господа, ведь название ансамбля, выступающего сегодня, — «Шогакн», в переводе с армянского — «луч». Самые упорные добираются до концертного зала, где уже яблоку негде упасть: половину зала занимает армянская диаспора, другую половину — преподаватели и студенты Санкт-Петербургской консерватории. Накануне фольклорный ансамбль «Шогакн» участвовал в творческой встрече с кафедрами древнерусского певческого искусства и этномузыкологии, и восторженные отзывы студентов и гостей этого мероприятия уже распространились по консерватории и за ее пределами.

Наконец, выходят артисты. На них серые костюмы с красной вышивкой, у женщин — нарядные передники, шейные украшения и головные уборы, украшенные звенящими монетками. Художественный руководитель коллектива — 
Асмик Арутюнян, заслуженная артистка Армении, инструменталист, певица и просто красавица! Рядом с ней — ее брат, Алексан Арутюнян. Именно он ведет беседу со зрителями и объявляет номера. Из инструментов представлены: уд —
струнный щипковый инструмент в виде груши, «предок» лютни и гитары; канон — щипковый инструмент, изготовленный из дуба и обтянутый рыбьей кожей; кяманча — струнный смычковый инструмент, «пра-пра-прадедушка» скрипки; блул — разновидность продольной флейты-пикколо; шви, принадлежавшая самому Комитасу — свистковая флейта из абрикосового дерева; дудук — самый знаменитый армянский духовой инструмент, также изготовленный из абрикосового дерева, и дам-дудук, непрерывно тянущий одну и ту же ноту; зурна — язычковый деревянный духовой музыкальный инструмент, предшественник гобоя; доол — 
двухсторонний барабан, появившийся в языческие времена, но до сих пор применяющийся в богослужении Армянской апостольской церкви; бубен. 
Музыкантов на сцене всего восемь. Некоторые из них — Левон Теванян и Нойар Гапонян — 
играют на двух инструментах. Однако самая непростая работа у Григора Гапояна, играющего на дам-дудуке. Чтобы непрерывно тянуть одну ноту, как шутит Алексан, Григор не дышит по пять-семь минут. На самом деле музыкант, конечно же, дышит, но использует не цепное дыхание, а циркулярное: воздух вдыхается через нос и почти одновременно выталкивается через рот движением щек или языка. 
Директор фестиваля «Международная неделя консерваторий» Лидия Львовна Волчек во вступительном слове упоминает, что коллектив представляет Ереванскую государственную консерваторию имени Комитаса. Она отмечает, что в этом году исполнилось 150 лет со дня рождения великого армянского композитора, музыковеда, фольклориста, певца и хорового дирижера. Перед исполнением первого произведения Алексан Арутюнян рассказывает, что их ансамбль специально выбрал для исполнения большое количество песен и мелодий, которые записал и сохранил Комитас. Согомон Кеворк Согомонян (настоящее имя композитора) сделал очень многое для армянской музыкальной культуры. Католикос всех армян Вазген Ι как-то сказал: «Армянский народ в песне Комитаса нашел и узнал свою душу, свое духовное „я“». Мысли о затронутой лишь вскользь накануне, на творческой встрече, теме геноцида армян и трагической судьбе Комитаса не отпускают меня на протяжении всего концерта и после него.
…Около меня сидит дама, которая рассказывает мне о расслабляющем действии дудука. Однако с первых звуков мы обе понимаем — сна не будет! Словно вихрь, словно то самое «торнадо», которое обещали синоптики, врывается в зал шумная мелодия народных танцевальных напевов. И тут же на контрасте в исполнении Алексана Арутюняна тревожно и с надрывом звучит «Antuni» — песня беженцев-иммигрантов. Трагичности добавляет вокальная техника пения армян: всегда на приподнятом нёбе, опорном дыхании и с небольшим «неоперным» вибрато, которое словно растворяется в полной тишине зала в самом конце песни. И снова звучат жизнеутверждающие напевы и песни трубадуров, заканчивающиеся соло несравненной Каринэ Оганесян, виртуозной исполнительницы на каноне. Мелодия звучит во втором ладу армянской музыки, которому соответствует восточный лад «раст». Асмик Арутюнян нежно, но в то же время ярко поет армянские колыбельные на фоне бурдона, заданного дам-дудуком. И вот долгожданное всеми соло инструмента, не нуждающегося в представлении. Дудук, обладающий мягким бархатистым тембром, напоминающим человеческий голос, «поет» народные песни, записанные Комитасом для хора. Чувственно и пронзительно звучит кяманча, исполняя любовные песни на стихи Саят-Нова, мастера чувственной лирики. В композиции «Aygepan» солирует Алексан Арутюнян. Музыкант «до мозга костей», от одной игры на бубне входящий в транс, при пении он погружает слушателя в какую-то магическую реальность, поддерживающуюся постепенно ускоряющимся инструментальным сопровождением. Народные трудовые песни Асмик поет a-cappella. Тут же к ней выходит брат Алексан, и зажигательная танцевальная песня завершает первое отделение концерта. 
Во втором отделении музыканты играют, кажется, с еще большим воодушевлением. Снова звучат танцевальные напевы. В неописуемый восторг приводит слушателей Камо Хачатрян — мастер игры на дооле. Его соло в композиции «Shalakho» вызывает бурные овации, а женщина, сидящая рядом со мной, восторженно шепчет: «Да у него каждый пальчик играет». Действительно, при игре на дооле одна рука бьет по инструменту ладонью, а вторая — пальцами рук. Так как в армянской музыке сложные переменные ритмы, пальцы не только отстукивают определенный ритмический рисунок, но и помогают музыканту высчитать нужное количество долей и пауз. 
Завершают концерт два особенно замечательных номера. Первый из них — композиция, в которой у каждого инструмента есть своя соло-импровизация. Еще и еще раз убеждаюсь, что перед нами мастера высшего класса. Такое чувство ансамбля между инструментами, такая свобода импровизации, такая эмоциональная игра! Всегда подкупает, когда исполнитель «выкладывается», живет музыкой, которую исполняет. Сегодня на сцене — музыкальный экстаз, в который невозможно не вовлечься слушателю. Градус эмоциональности максимально повышается на последнем произведении — танцевальной песне «Leylum Le Le». Брат и сестра Арутюняны поют перекличкой, а потом пускаются в пляс с подпрыгиваниями, притопами и прихлопами. Зал не выдерживает, начинает хлопать и подпевать. В финале концерта исполнители срывают бурные овации. Чувствую, что мне мало! Выхожу и продолжаю, пританцовывая, петь: «Leylem-le-leee». 
В Санкт-Петербургской консерватории случился настоящий праздник. Фольклорный ансамбль «Шогакн» подарил сумрачному и дождливому Петербургу частичку ереванского солнца, поделился через музыку счастьем и горем своей страны, влюбил нас в звуки армянских инструментов и очаровал голосами своего народа. До новых встреч, дорогая Армения! До новых встреч, Ереван! До новых встреч, Комитас!
Серафима КУДРЯВЦЕВА
Санкт-Петербургский Музыкальный вестник, № 01 (173), январь 2020 г.
Источник:  https://nstar-spb.ru/
Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~ZKxd8