Талант — это степень заразительности - Информационный портал

Талант — это степень заразительности

 

8 Февраля 2011

Талант — это степень заразительности

Многие известные актеры начинали свой творческий путь на ее сцене: Сергей Юрский, Иван Краско, Андрей Толубеев,  Сергей Лосев, Борис Смолкин, Екатерина Дронова, Евгений Ганелин, Татьяна Щуко, Сергей Курышев. Этот список можно продолжить. Именно поэтому закономерно, что нашу новую рубрику «Студенческий театр» открывает интервью с художественным руководителем, режиссером театра-студии СПбГУ Маргаритой
Николаевной Дульченко.

—  Расскажите об истории вашего театра.
— Университетский театр (раньше он назывался Университетской драмой) возник в 1944 го-
ду, когда сюда пришла Евгения Владимировна Карпова, выпускница Императорского теат-рального училища, актриса Народного дома, Передвижного общедоступного театра, БДТ им. Горького, Театра им. Пушкина, режиссер и педагог, ученица Владимира Николаевича Давыдова, артиста Александринского театра. Владимир Николаевич в конце XIX столетия репетировал со студентами спектакль «Лес», где дебютировал Качалов. Через 50 лет, когда Евгения Владимировна ушла  с профессиональной сцены, он посоветовал ей пойти в университет, что она и сделала.

ЛГУ в это время только вернулся из эвакуации, и в драмкружке, который организовала
Е. В. Карпова, занимался поначалу всего один человек. Наверное, можно говорить о том, что нынешнему периоду истории театра-студии предшествовало три периода. Каждый из них связан с именем человека, который руководил студией.  16 лет во главе Университетской драмы стояла Евгения Владимировна Карпова.

Второй период связан с именем Владимира Викторовича Петрова, актера драмы и комедии, заслуженного деятеля искусств, профессора, завкафедрой  актерского  мастерства Санкт-Петербургской академии театрального искусства. Он пришел в нашу студию в 1960 году на смену Е. В. Карповой.

В 1979 году художественным руководителем театра-студии СПбГУ  становится Вадим Сергеевич Голиков, выпускник философского факультета университета, бывший студиец, ученик Г. А. Товстоногова, профессор кафедры режиссуры Театральной академии.  С его приходом начался третий период в истории Университетской драмы.

Театр-студия СПбГУ очень долго располагался во дворце Бобринских на Галерной улице, который уже давно принадлежит университету.  Сейчас в здании особняка размещается филиал Смольного института свободных искусств и наук, а мы уже пять лет занимаем другое помещение: нас принял под свое крыло Центр «Адмиралтейский» по работе с молодежью и подростками. С ремонтом этого помещения нам очень помог университет, и в частности его президент Людмила Алексеевна Вербицкая, а со временем администрация Адмиралтейского района расширила нам репетиционные помещения, так как народу занимается много и места нам всегда не хватало. За это мы им очень благодарны.

—У каждого театра есть знаковые спектакли. Есть ли такие у вас?
Уже в 1949 году Евгения Владимировна Карпова поставила спектакль «Ревизор» с Игорем Горбачёвым в главной роли (в то время непрофессиональным актером), и он прозвучал на весь Советский Союз. В то время проходил Первый  Всесоюзный  смотр  художественной  самодеятельности, где спектакль  получил  диплом  1-й  степени. После этого об Университетской драме начали говорить уже не только в нашем городе, но и по всей стране. В 1956 году был поставлен известный спектакль «Тартюф» с Сергеем Юрским в главной роли.

Знаковым можно назвать и спектакль 1979 го-да по произведениям Людмилы Петрушевской «Девочки, к вам пришел ваш мальчик». Людмила Стефановна приезжала посмотреть нашу постановку. В то время она была мало кому известна, было запрещено ставить ее на профессиональных сценах. Однако то, что запрещено было ставить на сцене профессионального театра, можно было поставить на любительской сцене. Запрещены были и «Две стрелы» Володина, которые нам тоже удалось поставить. Одним из наших спектаклей «заинтересовалось» КГБ, а именно спектаклем «Преследование  и  убийство  Жана-Поля  Марата, представленное  артистической  труппой  психиатрической  лечебницы в Шарантоне  под  руководством господина Де Сада». «Оттуда» приходили, записывали спектакль, даже приезжали из Москвы, но в результате проверки всё-таки разрешили постановку, потому что всё было «залитовано», то есть разрешение цензуры на печать было получено и пьеса была опубликована. Никакой «отсебятины», никаких своих слов при постановке мы не добавили.

После ухода из жизни нашего студийца Андрея Толубеева, очень хорошо относившегося к студии, долгое время исполнявшего роль «отца» во время обряда посвящения новичков после полутора-двухлетнего обучения, мы восстановили два поставленных им спектакля: «Записки юного врача» М. Булгакова и «Пятница» Б. Васильева. Последний спектакль был поставлен в 1978 году, а в 2009 году в Доме актера у нас был вечер, посвященный памяти Андрея Толубеева, где мы его показали и играем теперь постоянно.

— Какие спектакли сейчас входят в репертуар театра? Чем обусловлен выбор репертуара?
Поскольку у нас работает много режиссеров-постановщиков и есть большое количество артистов, мы можем себе позволить ставить одновременно несколько спектаклей.
Например, сейчас у нас идут такие спектакли: «Летний сад» Юрия Ломовцева, где рассказывается о разных поколениях ленинградцев, петербуржцев, начиная с послевоенных лет и до наших дней; спектакль по воспоминаниям Тэффи, которую мы привыкли воспринимать как легкую, остроумную писательницу, здесь же она описывает свои странствия в послереволюционные годы, перед тем, как ей пришлось покинуть родину; спектакль по повести Пелевина «Затворник и Шестипалый», который очень любят зрители. Поскольку я руковожу молодежной студией, я понимаю, что мы должны ставить и современную драму: сейчас у нас идут два спектакля: «Малыш» Мариуса Ивашкявичуса и «Видеокамера» Анны Яблонской, трагически погибшей во время теракта в Домодедово.
Когда мы принимаем решение, какой спектакль будем ставить следующим, есть необходимое условие: это должен быть не  развлекательный спектакль, необходимо, чтобы в нем поднимались какие-то проблемы, понятные не только взрослому поколению, но и молодежи — все-таки это университетский театр.

— Скажите, ставите ли вы классическую в нашем представлении драматургию и справляются ли молодые артисты с таким материалом? Ведь уровень актера очень зависит от уровня материала, который он сможет сыграть так, чтобы зритель ему поверил. Сыграть Шекспира, Островского, Чехова, я думаю, сложнее, чем современных драматургов.
— Мы каждый раз смотрим, можно с нашими актерами сделать спектакль или нельзя, мы же все-таки любители. С Шекспиром сложновато.

С Чеховым… В 1996 году Вадим Голиков поставил известный спектакль по произведениям Чехова «Искусство требует жертв?!» с вопросительным и восклицательным знаком — ведь на этот вопрос можно ответить и «да», и «нет». Он пошел по следующему пути — пригласил профессиональных актеров. У нас такое практикуется. Когда есть угроза какого-то надрыва, театральности и мы хотим этого избежать — приглашаем профессионалов.
Сейчас в нашем репертуаре есть еще одна постановка по чеховским рассказам. Мы хотим ее доработать, добавить еще несколько рассказов и сделать так, чтобы она смотрелись как спектакль с цельным сюжетом. Будем искать сюжетные выходы из рассказа в рассказ — чеховское творчество это позволяет.

— Как осуществляется набор в вашу студию? По каким критериям вы отбираете будущих артистов?
— Так как мы считаемся университетским театром, по логике вещей мы должны работать только со студентами СПбГУ, но такого никогда не было: к нам приходят студенты отовсюду. Сейчас к ним добавились еще и школьники.

А некоторые артисты играют у нас по 10—15 лет. И получается, что состав у нас разновоз-растной: от 16 до 50. Каждый год мы вывешиваем объявление: если вы любите или ненавидите театр, мы предлагаем попробовать свои силы на нашей площадке, в нашем театре. И каждый год приходят 100—120 человек — это очень много. Как и при поступлении в любой театральный вуз, молодые люди читают стихотворение, басню, прозу. Если нам сложно принять решение, мы их просим почитать еще или что-то показать. Очень сложно определить: способен или не способен человек к театральной деятельности, и тем более предсказать конечный результат обучения, разглядеть талант. Ведь талант — это степень заразительности. Если тебе интересно смотреть на то, что происходит на сцене, если актер смог заразить тебя, заинтересовать своим персонажем — значит, он талантлив.

Раньше при объявлении результатов прослушивания мы никогда не говорили однозначно, кого считаем способным, а кого нет. Мы просто объявляли тех, кого хотели бы у себя видеть. Но при этом всегда добавляли: если мы вас не назвали, но вам очень хочется этим заниматься — приходите! Потому что я понимаю: если человек чего-то по-настоящему хочет, он обязательно этого добьется. В этом году мы такого не делали, потому что в студии занимается очень много человек, обучение у нас бесплатное, и мы уже не можем вместить всех желающих. Некоторые наши студийцы принимают решение поступать в театральные вузы — в таком случае мы уговариваем их не бросать университет, закончить образование. Ведь даже если ты закончишь театральный, это вовсе не значит, что все у тебя сложится.

— А новички сразу вводятся в спектакли или предварительно проходят какое-то обучение?
—Ни в коем случае! Конечно, новички проходят обучение. Оно длится около двух лет.
В течение первого года занимаются тем, чем занимаются и на 1-м курсе в театральных вузах (этюдами, тренингами на внимание, на воображение, сценической речью). В течение следующего года наши новички берут отрывки и работают над ними. Самое важное перед тем, как  ставить спектакль, — научить их понимать, о чем мы с ними говорим и чего от них хотим. В этом и состоит главная особенность работы с непрофессиональными актерами — прежде чем с ними работать, мы их долго учим, у них нет базовых актерских знаний, им еще предстоит освоить эту азбуку. Даже после обучения можно понять, играет на сцене профессионал или любитель. Наличие актерской школы — это внимание к подробностям, деталям, умение из обычного действия (зажигания спички, например), сделать целый спектакль, за которым будет интересно наблюдать.

Репетиции спектакля длятся как минимум год, а бывает и дольше. И для того, чтобы достигнуть хорошего результата, соответствовать той планке, которую нам задали Евгения Владимировна Карпова, Владимир Викторович Петров, Вадим Сергеевич Голиков, мы вынуждены работать над спектаклем очень долго.

—Ездите ли вы на гастроли?
— За те пять лет, что я руковожу студией, мы ездили очень много: были со своими спектаклями в Петрозаводске, Пскове, Минске.

У нас есть и детские спектакли, с которыми мы ездим по детским домам, а с одним из спектаклей ездили в Будапешт. Мы сотрудничаем с общественным благотворительным фондом социальной реабилитации и помощи инвалидам «Кедр», который занимается реабилитацией и социальной адаптацией детей-инвалидов. Он организует молодежный фестиваль искусств «Остров надежды», и мы каждый год готовим для него детскую программу и приезжаем туда с ней. Каждая поездка на этот фестиваль — это мощное потрясение, так здорово то, что они делают: глухонемые дети занимаются жестовым пением, колясочники и дети, больные ДЦП, танцуют.

— Готовите ли вы к постановке новые спектакли?
— Из тех спектаклей, которые мы покажем уже очень скоро, в начале марта, — «Хитроумная влюбленная» Лопе де Вега (спектакль о том, что человек не должен ждать, когда кто-то придет и изменит его жизнь, ему следует активно действовать самому, и чем скорее он это поймет, тем больше успеет сделать и большего добьется). Второй спектакль по повести Александры Бруштейн «Голубое и розовое» репетируется уже около 3 лет. В ней рассказывается о юных барышнях-гимназистках начала века. Это будет спектакль о становлении личности молодого человека во время исторических катаклизмов, о том, как сложно разобраться в это время, что хорошо и что плохо, о способности отстоять не только себя, но и своего товарища.

Каждый спектакль репетируется с несколькими составами, чтобы была возможность задействовать в постановке как можно больше народа.
С этой же целью мы берем для постановки «многонаселенные» пьесы, в которых могут участвовать одновременно от 15 до 20 человек.

Пустых залов у нас не бывает — зрителей приходит очень много. На некоторые спектакли мы даже не можем пустить всех желающих, так как в зрительном зале не хватает мест.

Адрес Театра-студии: ул. Галерная, д. 52
Вход с Адмиралтейского канала, д. 27
Тел.: 312-5197

Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~2ipD8