Наша задача — научить студента думать - Информационный портал

Наша задача — научить студента думать

 

30 Августа 2010

Наша задача — научить студента думать

— Ваш вуз принимает участие в инновационном образовательном проекте «Программа подготовки специалистов для приоритетных высокотехнологичных отраслей инновационной экономики страны». В чем заключается ваше участие?

— Сначала в двух словах хотелось бы сказать о самой программе, которая в штатном режиме реализуется в рамках работы правительства города уже в течение трех лет. При этом один год полностью ушел на подготовку реализации механизмов финансирования предприятий и вузов, которые заинтересованы в подготовке высококвалифицированных кадров для организаций, работающих в сфере hi-tech. Идеология данного проекта заключается в том, что предприятия подписывают с вузами тройственное соглашение о целевой подготовке студентов сверх тех дисциплин, которые им читают в университете в рамках образовательного стандарта. Первоначально мы договариваемся с предприятием о ряде дисциплин, которые они рекомендуют ввести в процесс обучения для своих будущих сотрудников. Затем совместно с этими организациями мы разрабатываем содержание данных дисциплин и договариваемся о форме преподавания. Занятия могут проходить как в стенах нашего университета, так и в организации, которая заключила с нами договор. Иногда учебный процесс может проходить и на нейтральной территории, если там имеется необходимая материальная база для научной или учебной работы. Но чаще всего подготовка целевого студента осуществляется на базе предприятия-вуза. Обязательным условием данного проекта является его подписание с администрацией города. Всё это происходит на конкурсной основе. Целевые студенты по окончании нашего вуза в дальнейшем должны отработать на данном предприятии определенное количество времени.  

— Сколько?
— Обычно они работают от года до двух. Срок зависит от объема знаний, полученных студентом во время занятий по целевым программам в университете. Как правило, данная программа рассчитана на один или два семестра, но иногда допускаются и интенсивные формы обучения. При этом у нас имеются определенные ограничения на загрузку студентов. Мы не можем вводить новые дисциплины, если они превышают допустимый учебный лимит в расписании. Поэтому мы всегда очень аккуратно вписываем эту программу в действующую нормативную базу. Студент, который прошел курс по данной программе, как правило, еще продолжая учиться  в университете, по совместительству работает на предприятии, которое заинтересовано в нем. Неофициально  эта программа называется «80—20», так как 80% общих финансовых затрат в конечном итоге ложатся на бюджет города. Занимается этим вопросом Комитет по экономике, промышленной политике и торговле. Однако, заключив договор с вузом, организация, заинтересованная в молодых квалифицированных специалистах, сначала вносит в вуз предоплату в размере от 20 до 50%, а уж затем само через субсидии получает эти деньги с города. В первые годы работы программы у многих руководителей предприятий были опасения, что они не смогут получить вложенные деньги обратно. Однако за три года не произошло ни одного сбоя. Город четко выполняет все взятые на себя обязательства. Сегодня основная проблема работы по данному направлению заключается в том, что многие наши студенты на стадии учебы отказываются подписывать договора с предприятиями, так как те не могут гарантировать им заработок,  который бы их устроил. А требования у наших выпускников, знающих себе цену на рынке труда, в отношении заработной платы весьма высоки. В отличие от девяностых годов, когда им приходилось работать где придется, сегодня они более прагматичны, целенаправленны и почти все работают по специальности.    

— Сегодня много говорят об образовательных кредитах для учащихся. Вы считаете, эта система заработает?
— Она работала и раньше, однако наших студентов это практически не касалось. С вводом ЕГЭ она замедлила свою деятельность. Сегодня этой программе пытаются придать новый импульс, понизив кредитные ставки. Как она поведет себя в дальнейшем, трудно сказать. Ясно одно, что коммерческие банки работать себе в убыток не будут, а также не будут давать кредиты по процентным ставкам ниже обычных. Как государство в лице Министерства образования и науки будет погашать разницу, покажет время. Однако практика показывает, что наши студенты влезать в кредитное ярмо не спешат и тратить первые годы своей трудовой жизни на то, чтобы погашать проценты по задолжности, не собираются. Они стали более прагматичными, поэтому у нас в техническом вузе ребят, берущих эти кредиты, единицы. Более того, кредит могут брать те молодые люди, которые уверены в своих силах. А сегодня, когда мы переживаем демографический спад, который с каждым годом только усиливается, все уверенные в своих силах ребята, избравшие инженерную специальность, без особого труда могут поступить на бюджетные места. Совсем недавно под эгидой Министерства образования и науки РФ на базе Санкт-Петербургского государственного горного университета проходило годичное собрание научной общественности, на котором обсуждался демографический спад в нашей стране и как он отразится на наших абитуриентах. Сегодня мы уже вплотную приблизились к историческому минимуму. Министр назвал конкретные цифры: в этом году в нашей стране 7,5 миллионов студентов, а в 2012 их будет только 4. Бюджетные места будут сокращаться, но далеко не прямо пропорционально демографическому спаду, поэтому, на мой взгляд, кредитная политика в сфере образования для нашего вуза в ближайшее время не будет актуальной.

— Как сегодня работает ваш Технопарк, который был создан одним из первых в Санкт-Петербурге?
— Мы связываем большие надежды с Федеральным законом под № 217, который возвращает вузам право выступать в качестве учредителя малого предприятия. Это поможет привлекать авторов, рационализаторов, которые будут заинтересованы во внедрении своих идей на производстве. Последние 12 лет вузы были лишены этого права. Что же касается нашего Технопарка, то он действительно самый старый на территории нашего города среди высших учебных заведений. Наш Технопрак был основан в 1991 году, хотя малым предпринимательством в ЛЭТИ стали заниматься гораздо раньше. Уже в 1988 году при нашем вузе действовало более 70 малых предприятий и научно-технических кооперативов. Для того чтобы более эффективно управлять малыми предприятиями, в начале 90-х мы создали Технопарк. А поскольку тогда, правда, как и сейчас, не было единых подходов, как лучше создавать Технопарк, нам пришлось изучить несколько моделей европейского и американского образцов и решить, какой Технопарк нам больше подходит. В отличие от западных технопарков, которые обычно создавались при мощной поддержке федеральных или местных властей, нам пришлось все делать самим. Наш Технопарк создавался как обособленное структурное подразделение вуза, и в то время мы его рассматривали как один из инструментов конверсии. Нам казалось, что полученные в нашем вузе научные результаты, связанные с оборонной промышленностью, мы сможем достаточно эффективно и быстро перевести  в технологии двойного назначения. Однако на государственном уровне проект не дошел до реализации: Николай Алексеевич Рыжков, председатель Совета министров СССР, который курировал данный проект, ушел со своего поста и работа над проектом остановилась. Технопарк полностью окунулся в рыночную экономику. Не все малые предприятия выжили. Однако в середине 90-х годов, когда заработная плата в высшей школе была значительно ниже прожиточного минимума и выдавалась крайне нерегулярно,  на тех кафедрах, где малые предприятия уцелели, они сыграли роль буфера. Поскольку там работали сотрудники кафедры, то на этих предприятиях появлялись дополнительные рабочие места, позволяющие преподавателям и научным сотрудникам работать по совместительству. Можно утверждать, что Технопарк в известной степени защитил наших преподавателей от финансовой нестабильности. Это стало особенно очевидным после дефолта 1998 года. При этом те предприятия, которые в тот сложной период умудрялись работать стабильно,  сохранили для нас молодежь, которая не разбежалась по другим организациям и не уехала за границу. Сегодня можно утвеждать, что 18 лет назад мы поступили абсолютно правильно, создав на своей территории Технопарк, который уже выпускает не только опытные образцы, но и готовую продукцию. В первую очередь это относится к медицинскому приборостроению. Хотя сегодня эти предприятия вряд ли можно назвать малыми. Они скорее средние. Захватив довольно серьезный сегмент рынка, эти предприятия чувствуют себя в нем вполне уверенно. Сегодня современный инновационный вуз должен генерировать не только новые знания, но и новые коллективы — носители этих знаний. Хотя здесь есть и другие сложности. Если мы будем каждый год создавать 8—12 новых предприятий, то нам придется «выдавливать» из Технопарка примерно такое же количество старых, а это всегда очень тяжело как с моральной, так и с психологической точки зрения. Ведь это наши люди, наши преподаватели, однако площадей под новые предприятия нам не хватает. В чем наше отличие  от европейских или даже азиатских стран? Там технопарки строят либо при вузе, либо при какой-нибудь государственной организации. А у нас внедренческую зону утащили бог знает куда. Ни нам, ни предприятиям неинтересно работать в этой зоне.

В данном случае должна соблюдаться сбалансированная интеллектуальная и кадровая подпитка, которая является очень важным критерием для стратегического развития любого малого или среднего предприятия. В свое время мы предлагали на базе ЛЭТИ, ЛИТМО, Фармацевтического и 1-го медицинского университета построить на Петроградской стороне технопарк, однако помощи в этом направлении мы ни от кого не получили. Нас все за эту идею хвалит, но реально никто не поддерживает. А самим нам такой проект не осилить. Хотя понятно, что очень скоро наш Технопарк в ЛЭТИ превратится в коммунальную квартиру и мы все  будем сидеть друг у друга на головах.    

— В чем будут заключаться отличия вступительных экзаменов в грядущем году от нынешних?
— Сегодня классическое понятие вступительных экзаменов, к которому мы привыкли, отсутствует. В наш вуз мы принимаем по результатам ЕГЭ. Основное отличие вступительных экзаменов в новом году  будет заключаться в том, что ограничат количество вузов и направлений, куда абитуриент может одновременно подавать заявления, — не более пяти. Однако не будут ли при этом нарушены права человека, решать юристам. Ректорский корпус, проанализировав прошлогодний прием, пришел к однозначному выводу, что чрезмерная свобода в выборе вузов и специальностей приводит к тому, что абитуриент подает свои документы в тот или иной вуз, практически не мотивируя свой выбор. Он идет не на конкретную специальность, а куда попало, лишь бы поступить на бюджетное отделение. Получается, что ребята при подаче документов не выбирают вуз, а просто рассылают свои документы веером. Таким образом, даже будучи зачисленными в какой-нибудь престижный вуз, они являются там случайными людьми, так как до своего поступления имели, если вообще имели, очень поверхностное представление о выбранной специальности. Сегодня каждый вуз получил большое число немотивированных студентов, и это обязательно скажется на общей картине успеваемости. Что же касается олимпиад, то мы будем проводить их в два этапа. Пока это тоже окончательно не решено, но, по всей видимости, победители олимпиад смогут поступать в вуз вне конкурса. Мы ожидаем некоторых изменений и по льготникам. Необходимо более тщательно продумать механизм контроля за документами, которые предоставляют в приемные комиссии эти категории абитуриентов.


— Чего вам не хватает, чтобы повысить качество образования? Или у вас с этим все  в порядке?
— Наш вуз стоял у истоков внедрения систем управления качеством образования. Модель, которую в свое время мы разрабатывали вместе с двумя московскими университетами, сегодня принята как типовая и рекомендована для внедрения. Это уже говорит о том, что к качеству образования в своем вузе мы относимся достаточно внимательно. Однако в реальности сегодня дела у нас обстоят далеко не блестяще. Прежде всего это связано со школьной подготовкой по физике. Многие ребята, которые поступили к нам на первый курс, не очень хорошо знают этот предмет. И если раньше это относилось только к иногородним студентам, то за последние десять лет качество преподавания физики в петербургских школах значительно снизилось. Мы знаем в Петербурге некоторые школы и районы, в которых преподавание этого предмета находится на очень низком уровне. Сегодня ЕГЭ вносит свои коррективы, с которыми мы должны считаться.

В первой декаде сентября мы провели в нашем вузе тестирование по математике и физике для всех студентов первого курса и получили далеко не лучшие результаты. Особенно по физике. Средний бал — три. И это не вина ребят, а скорее их беда. Сегодня школьная подготовка по физике в нашей стране катастрофически слабая. Мы были вынуждены изыскать  дополнительные финансы и в течение первого семестра пройти с первокурсниками школьную программу по физике. Занятия проводили бесплатно. Каждую субботу в расписании первокурсников две пары физики и две — математики. Понимаю, тяжело. Но иначе нам ситуацию не выправить. Некоторые студенты, и их немало, отказались от такой нагрузки. Конечно, это немотивированные студенты, которые, по всей видимости, попали в наш вуз случайно, но из-за них мы не будем снижать качество нашего образования, которое хорошо известно не только в нашей стране, но и во всем мире. Сегодня в школах детей натаскивают на ЕГЭ, а наша задача — научить их думать.

— В последнее время стало модно говорить о компетентностном подходе. Студенту требуется предоставить не только набор знаний, но и научить его их использовать. Что в вашем вузе для этого делается?
— В порядке эксперимента, после того как мы стали победителями в проекте «Инновационные образовательные программы», мы собрали своих стратегических партнеров, а таких крупных предприятий у нас около сорока. Именно они в первую очередь заинтересованы в наших выпускниках. На этом собрании мы попросили их сформулировать профессиональные требования к нашим выпускникам. Такая встреча проходила не впервые. Еще в 2000 году мы уже тесно общались с некоторыми работодателями по этому вопросу. При этом практически два-три года у нас ушло только на то, чтобы мы научились говорить друг с другом на одном языке. Люди, работающие на производстве, привыкли мыслить квалификационными категориями, а высшая школа к своим выпускникам предъявляет абсолютно другие требования, которые в первую очередь связаны с федеральными  образовательными стандартами.

И как ни трудно нам было на первом этапе, мы все-таки нашли общий язык с производственниками. Кроме нас в этой работе самое активное участие приняли и другие технические вузы нашего города: Политех, ВОЕНМЕХ, ЛИТМО… Совместно мы разработали компетентностную модель современного выпускника, в которой должны применяться такие категории, как знания, умения и навыки. Говоря о компетентностном подходе, очень важно понимать, где будет работать тот или иной выпускник. Исходя из этого мы можем готовить его для научно — исследовательской или педагогической деятельности. А можем готовить для работы в качестве разработчика или проектировщика аппаратуры или специалиста по новым технологиям. Существует огромное количество направлений, вплоть до сервисного обслуживания. И все они имеют различные компетенции. Соответственно меняется и содержание образовательных программ. Поэтому, перед тем как открыть магистерскую программу в интересах группы каких-нибудь предприятий, мы должны очень тщательно обсудить предмет наших точек соприкосновения, так как компетенция представляет собой цепочку от содержания программы к профессиональной деятельности. Однако сегодня все отлично понимают, что перевести образовательный стандарт в профессиональный очень тяжело. Мы внимательно изучили зарубежный опыт в этом направлении и пришли к выводу, что западные университеты постоянно сталкиваются с теми же самыми проблемами, что и мы. При этом чем образование выше, тем сложнее оно вписывается в профессиональный контекст. К тому же в нашей стране плохо развита производственная инфраструктура. Есть современные предприятия, а есть устаревшие, находящиеся по всем параментам в 80-х годах прошлого столетия. Как готовить специалистов для тех и других — вопрос очень и очень  непростой. А с точки зрения современного сообщества и отсталые предприятия имеют равные права в области подготовки специалистов. В Санкт-Петербурге есть очень хорошая ассоциация радиоэлектроники, которая всегда откликается на все наши запросы и оказывает помощь в области профессиональных стандартов, что позволяет нам более направленно вести подготовку студентов и повышать квалификацию сотрудников различных предприятий радиоэлектронной промышленности. Поэтому совместно с этой ассоциацией мы осуществляем комплексный подход в системе современного инженерного образования в нашем вузе.

Короткая ссылка на новость: https://www.nstar-spb.ru/~34JQp