Приглашение к танцу: вальсы под сводами Петрикирхе

5 Октября 2017

Приглашение к танцу: вальсы под сводами Петрикирхе

Первый в наступающем сезоне концерт Губернаторского оркестра Санкт-Петербурга проходил в Петрикирхе.

Конечно, так называемые музыкальные служения в протестантизме — обычное явление, но все-таки церковные своды — не самая удачная обстановка для исполнения легкой музыки. Однако при первых звуках Увертюры к оперетте «Летучая мышь» лица слушателей прояснились, а вскоре можно было заметить, как то тут, то там голова покачивалась в такт легкомысленному мотиву: «За что, за что, о боже мой?!..»
Вальсы и польки, Штраус и Хачатурян — программа для романтиков, для влюбленных, для тех, кому хочется помечтать или повспоминать. Луч беззаботного весеннего настроения в прохладной сентябрьской цветовой гамме. Оркестр играл привычную программу, словно не было нескольких десятилетий, — звучал любимый многими Эстрадно-симфонический оркестр Ленинградского телевидения и радио. За дирижерским пультом — Станислав Горковенко. В будущем году у маэстро двойной юбилей: ему исполняется 80 лет и половина из них, с 1978 года, отдана работе с этим коллективом. Видно, что музыканты с полуслова понимают руководителя: они повинуются повороту головы, следуют за каждым едва заметным движением кисти, и музыка наполняется мельчайшими агогическими деталями, меняется качество звука — от плотных массивных аккордов до ажурных пассажей.
Эта музыка лишь кажется простой: в ней много хрупких деталей, требующих отточенных исполнительских приемов. В польке
«В Павловском лесу» в основной теме-рефрене слышен голос кукушки, и чем дальше, тем звонче раздаются вплетенные в мелодию птичьи трели. Вальс «Венская кровь» начинается как будто барочным звучанием: поначалу лирическая тема проходит у квартета. В «Ноктюрне» Хачатуряна хорал валторн на фоне pizzicato низких струнных сменяется трогательным соло скрипки и ее «диалогом» с кларнетом.
Интересно наблюдать, как работает опытный дирижер в акустике, не приспособленной для такого рода концертов. Высокие своды подхватывают звучание, продлевают его. Горковенко выдерживает паузы чуть дольше, давая звуку рассеяться, аккуратно «подбирает» концы фраз, сохраняя при этом логику танцевального движения. Галантные ritenuto не становятся нарочитыми. Однако не везде такие приемы возможны. Сложнее всего в напористой, моторной польке «Гром и молния» со всполохами ярких оркестровых tutti и нарочито громыхающими ударными. Звон тарелок не успевал рассеяться, накрывая фразы струнных золотым шлейфом.
За сюитой Хачатуряна к драме «Маскарад» прозвучало несколько фрагментов из балета «Гаяне». Завершил концерт «Танец с сабля-
ми» — веселый и дикий бешеный ритм, перебиваемый вспышками меди… В ответ на аплодисменты Горковенко повторил его, причем весь первый раздел — до вступления саксофона —
дирижировал, не поднимая рук. Здесь невозможны никакие затяжки, и грохот кульминации полностью перекрывал первые такты стремительно рассеивающейся звучности.
Эта музыка не имеет возраста: в ней столько легкости и молодого задора, что устоять перед ее обаянием невозможно. Программа-ностальгия — из одних только «бисов» — что-то вроде обеда, составленного исключительно из десертов. Но почему бы и нет?
Евгения ЯРОСЛАВСКАЯ

Источник:  http://nstar-spb.ru/
Короткая ссылка на новость: http://www.nstar-spb.ru/~jcs6n